Пример из наукометрии

В течение 3х десятилетий начиная со второй половины 70х самые престижные журналы не публиковали почти ничего кроме расчетов по теориям суперсимметрии, супергравитации и суперструн. Другие темы занимали пренебрежимо малую долю в общем объеме публикаций по теорфизике. Если средний объем выпуска Phys. Rev. D составляет порядка 10^3 страниц,а в год их выходит около 20, то все вместе престижные журналы за это время опубликовали порядка 10^6 страниц этого бреда. Количество публикаций в них за этот период -- порядка 10^5 (это сколько звезд в Галактике) и за это наш ВАК готов был бы присудить порядка 10^4 докторских степеней. Суммарный импакт-фактор и всевозможные индексы этих публикаций также достигли астрономических значений. Польза для науки от всей этой деятельности приблизительно такая же, как от чернобыльской катастрофы для развития народного хозяйства региона, но физики этого вспоминать не желают. Никто не напоминает им обещания, которые они давали тогда, в середине 70х:

-- будет открыта Ферми-Бозе симметрия

-- будут найдены суперпартнеры всех известных частиц

-- будут устранены расходимости в квантовой теории поля

-- будет проквантована гравитация

и какие-то еще. Если бы я попытался развернуть дискуссию на эту тему, эффект был бы такой же, как сейчас -- все те, кто сделал блестящую карьеру на этом вредительстве, теперь делали бы вид, будто ничего не слышат.

Для сравнения приведу еще один пример. Всем известно, что если по проводу течет ток, то вокруг него наблюдается магнитное поле. Одна из важнейших фундаментальных задач -- найти магнитное поле токового кольца. Физики имели все необходимое для того, чтобы ее решить уже до начала I Мировой Войны. Единственное, чего у них на это не обнаружилось -- это умственных способностей (я имею ввиду тех, кто писал на эту тему с тех пор, это в частности, целый ряд нобелевских лауреатов). Эту задачу я решил около десятилетия назад и естественно, оцениваю свое достижение выше, чем достижения всего остального мира в этой теме начиная с 1860 г., когда эта задача была поставлена впервые (интересно, сколько это в хиршкойнах?). Между прочим, у меня все работы такие. Так я определяю конкурентоспособность. При попытке публиковать свой результат я встретил отчаянное сопротивление редакторов, категорически отказавшихся это делать, несмотря на то, что ни одной отрицательной рецензии я тоже не получил. Мне неизвестно, смог ли хоть один из редакторов всех этих научных журналов понять, что написано в этой моей статье, вполне возможно, что ни одному из них это не удалось и моя статья была отклонена по этой причине. Как бы то ни было, теперь я сталкиваюсь с суровой реальностью ваших критериев оценки научной деятельности: количество публикаций в реферируемых журналах -- 0, импакт-фактор -- 0, прочие индексы -- 0, меня все отказываются публиковать уже более 10 лет и поэтому мне нечем оправдать то, что получаю зарплату в системе АН. Поэтому я должен сделать признание: по вашим критериям я -- полный бездельник, о чем я уже неоднократно заявлял своему директору. Теперь я делаю это же признание всем вам. Хотя, возможно, я виноват лишь в том, что редакторы научных журналов просто неспособны понимать содержание настоящих научных работ. 

Хиршкойн

Около года назад я принял принял участие в небольшой дискуссии о положении дел в науке Узбекистана. Одной из тем этой дискуссии была тема коррупции. Ее начал физик, участие в ней принимали в основном физики и она проходила заочно, т.е. через сообщения в интернете. Я в ней выступил дважды. В этом и следующем сообщении я приведу свои выступления в ней.

Коррупция в науке сильно отличается от коррупции в обычном смысле потому что она, в отличие от обычной, не имеет денежного выражения. Все деньги, которые крутятся в науке -- легальны. Взятки в науке даются своеобразной криптовалютой, исчисляемой в количестве журнальных публикаций и соответственно -- в их суммарных импакт-факторе, индексе цитирования и каких-то еще. Все это можно объединить под общим назавнием "хиршкойн". Хиршкойн конвертируется как в легальное финансирование через процедуру отчета и новой заявки, так и в ученые степени через процедуру защиты диссертации. Никаких иных путей получения ни того, ни другого у нас нет.

Коррумпированность чисто фундаментальных направлений выражается в том, что хотя хиршкойны не пахнут, в них наблюдается очевидная для меня закономерность: чем ниже умственные способности физика-фундаменталиста, тем больше хиршкойнов ему поступает. Если же у него мозги есть, то появляется дополнительная проблема: он сознает, что занимается злостным вредительством и платят ему хиршкойнами именно за это. Это может ему помешать, но если у него напрочь отсутствует и всякое человеческое достоинство, то проблем нет -- такое сознание ему не помешает. Таким образом, успешный физик-фундаменталист -- это человек, не имеющий или мозгов, или человеческого достоинства, или еще лучше -- ни того, ни другого. Зато только таким звездам узбекской фундаментальной физики дано право решать какие-либо вопросы в жизни АН.

Они с радостью поддержат идею борьбы с коррумпированностью в науке, если измерять успешность каждого ученого только в количестве хиршкойнов, которые ему дали, потому что таким путем им удастся укрепить ту коррупционную схему, за счет которой они живут. И не только укрепить, но и распространить ее как можно сильнее на систему образования и вообще на все сферы деятельности, какие удастся. Таким образом, в любом варианте хиршкойн выступает как основное средство коррумпирования. Можно ли подсчет хиршкойнов заменить чем-нибудь таким, что не служило бы средством коррумпирования научного общества? Можно, конечно, но для этого необходимо поднять требования к умственным способностям физиков-фундаменталистов или, в более редких случаях -- к их совести.

Если это сделать, то изменится очень многое. Во-первых, все процедуры рецензирования, оппонирования и т.д. перестанут быть полной профанацией. Сразу же обнаружится, что наши физики-фундаменталисты поставлены в такие условия, что для того, чтобы существовать, они вынуждены заниматься вредительством и никаких других путей к зарабатыванию хиршкойнов не существует. И не только наши. Эти условия созданы для всего мира. Зачем вся эта система создана, я здесь объяснять не буду. Исследованием этого вопроса я занимался десятилетиями в разных странах, ответы на все свои вопросы давно уже нашел, но это -- тема другого разговора.