Помещаю здесь фрагменты книги, которую пишу в настоящее время.
Абсолютное большинство физиков-теоретиков -- это обычные пролетарии. В студенчестве им было безразлично, что заучивать и какие взгляды принимать, позже они выполняли то, что им сказано и их никогда не интересовало, есть ли в том, что они делают, хоть какой-нибудь смысл...
I Мировая Война закончилась крушением трех европейских империй и вместе с ними -- буржуазного общества. Мир окончательно вступил в XX век, начав утверждать идеи равенства и братства и устанавливать демократию везде, включая теоретическую физику. Буржуазного ученого, субъективного и элитарного, сменил капиталистический, объективный поборник демократии. Физик-теоретик, имеющий принципы и убеждения, способный самостоятельно мыслить, оказался формально равным пролетарию, ни одним из этих качеств не обладающему. Но только формально. Фактически же он начал становиться изгоем в научном обществе. Ценности и критерии общества победившей демократии опустили его на само дно, ставя любого пролетария выше его во всех отношениях. Правда, все эти изменения произошли не сразу, а за два с лишним десятилетия, в течение которых прошли и межвоенный период и II Мировая Война.
Новому объективному обществу ученых понадобилось, чтобы каждый физик-теоретик получил объективную оценку. Оценка должна была быть такой, чтобы ее понял любой пролетарий. Поэтому она не может содержать ни малейшего намека на умственные способности физика-теоретика, ни, тем более, на его интеллектуальные достижения. Естественно, такой оценкой стало число журнальных публикаций и, следовательно, редакторы журналов получили роль палачей-экзекуторов, осуществляющих казнь тех физиков-теоретиков, которые обладают умственными способностями выше некоторого установленного обществом предела. Этот предел был установлен так, что для того, чтобы его не превысить, нужно обязательно быть истинным пролетарием. Надежды физика-теоретика на то, что хоть кто-нибудь увидит его интеллектуальные достижения в его работе, были напрасны. Пролетарии на это неспособны в принципе, а члены тех тайных обществ, которые управляют пролетариями, не только не имеют на то умственных способностей, но и испытывают глубокую враждебность по отношению к любому, стоящему интеллектуально выше их. Это состояние сообщества сообщества физиков-теоретиков означало, что оно уже дожило до старческого маразма, а его члены -- это паразиты, приближающие его смерть.
Абсолютное большинство физиков-теоретиков -- это обычные пролетарии. В студенчестве им было безразлично, что заучивать и какие взгляды принимать, позже они выполняли то, что им сказано и их никогда не интересовало, есть ли в том, что они делают, хоть какой-нибудь смысл...
I Мировая Война закончилась крушением трех европейских империй и вместе с ними -- буржуазного общества. Мир окончательно вступил в XX век, начав утверждать идеи равенства и братства и устанавливать демократию везде, включая теоретическую физику. Буржуазного ученого, субъективного и элитарного, сменил капиталистический, объективный поборник демократии. Физик-теоретик, имеющий принципы и убеждения, способный самостоятельно мыслить, оказался формально равным пролетарию, ни одним из этих качеств не обладающему. Но только формально. Фактически же он начал становиться изгоем в научном обществе. Ценности и критерии общества победившей демократии опустили его на само дно, ставя любого пролетария выше его во всех отношениях. Правда, все эти изменения произошли не сразу, а за два с лишним десятилетия, в течение которых прошли и межвоенный период и II Мировая Война.
Новому объективному обществу ученых понадобилось, чтобы каждый физик-теоретик получил объективную оценку. Оценка должна была быть такой, чтобы ее понял любой пролетарий. Поэтому она не может содержать ни малейшего намека на умственные способности физика-теоретика, ни, тем более, на его интеллектуальные достижения. Естественно, такой оценкой стало число журнальных публикаций и, следовательно, редакторы журналов получили роль палачей-экзекуторов, осуществляющих казнь тех физиков-теоретиков, которые обладают умственными способностями выше некоторого установленного обществом предела. Этот предел был установлен так, что для того, чтобы его не превысить, нужно обязательно быть истинным пролетарием. Надежды физика-теоретика на то, что хоть кто-нибудь увидит его интеллектуальные достижения в его работе, были напрасны. Пролетарии на это неспособны в принципе, а члены тех тайных обществ, которые управляют пролетариями, не только не имеют на то умственных способностей, но и испытывают глубокую враждебность по отношению к любому, стоящему интеллектуально выше их. Это состояние сообщества сообщества физиков-теоретиков означало, что оно уже дожило до старческого маразма, а его члены -- это паразиты, приближающие его смерть.
Комментариев нет:
Отправить комментарий