К тому времени эта идея принесла уже целый ряд достижений. Некоторые из них принадлежали самому д'Аламберу -- это идея пространства-времени, позже приписанная Минковскому, светового конуса, релятивстски инвариантных оператора и уравнения и принципа причинности. После него был Понселе, ближе подобравшегося к идее лоренц-инвариантности, затем Лобачевский, открывший псевдосферу постоянного интервала, и Бельтрами, открывший симметричные пространства. В физике Джеймс Клерк Максвелл открыл свои знаменитые уравнения, явно используя идеи Даламбера. В последней трети XIX в. появились новые лица. Во-первых, это Софус Ли, построивший, наконец, понятие непрерывной группы преобразований и соответствующей алгебры Ли. Насколько я понимаю, именно он открыл в явном виде группу Лоренца, исследуя симметрии пространства Лобачевского. Вальдемар Фойгтс, скорее всего -- тот человек, который открыл правила преобразования компонент электрической и магнитной напряженностей при переходе из одной инерциальной системы в другую. После этого начинает формироваться фронт германской и голландской физики против идеи пространства-времени. Пока еще без Эйнштейна.
Первым открыто против них выступил Генрих Герц, буквально объявив Максвелла глупым человеком. Дословно -- он заявил, что ``уравнения умнее своих создателей''. Что он имел ввиду ясно из его ``открытия'' ``исправленных'' уравнений Максвелла, в которых учтена скорость абсолютного движения выбранной системы отсчета. Для ответа на вопрос, относительно чего измеряется эта скорость ему пришлось ввести такое неразумное понятие, как эфир. Понятие явно неразумное, но другого выхода у него не было. Зато это давало ему, еврею, возможность оскорбить всех католиков, т.к. все уравнения математической физики на тот момент были открыты ими. Но дело, конечно, не только в этом. Дело в том, что для того, чтобы добавить время как четвертое измерение, необходимо обладать мозгами размерностью четыре, тогда как люди обладающие мозгами размерностью три и ниже, на это неспособны, поэтому для них идея Даламбера заведомо ошибочна.
Странным образом на стороне евреев все это время стояла католическая церковь, для которой приемлема была только одна возможность -- абсолютное и неподвижное пространство. Из-за этого католики вообще не могли ничего высказывать. Собственно, этим и объясняется их нежелание что-либо публиковать. Так евреи и протестанты во второй раз получили возможность самоутверждаться в науке, не встречая никакого противодействия. Это и породило в них иллюзию, будто они умнее других. Впрочем, один католик все же выступил со своими идеями. Это был Эрнст Мах. Именно ему принадлежит идея относительности всего -- у него даже вращение оказалось относительным. Эта идея кажется несколько безумной, но она подтвердилась сразу, как только Эйнштейн опубликовал свое уравнение.
Ключевую роль в этой истории должны были сыграть уравнения Максвелла, т.к., с одной стороны, роль света во всем, что известно человеку о пространстве и времени, была неоспорима, с другой -- сам же Генрих Герц открыл электромагнитные волны, которые были отождествлены со светом в некотором диапазоне длин волн. Оставалось исследовать симметрии этих уравнений и если они оказывались симметриями пространства-времени по Даламберу, то оставалось только принять его идею. Впрочем, католикам это исследование было ненужно. Им и так все было ясно. Известно, что когда Альберт Майкельсон посетил Масксвелла, тот описал ему эксперимент Майкельсона-Морли и предсказал его исход. Короче, он знал, что никакого эфирного ветра не сущетсвует. Жалко, что Генриха Герца уже не было в живых -- он увидел бы, кто на самом деле умнее. Как и полагается католику, Максвелл не только предсказал, чем закончится эксперимент, но заявил, что этот эксперимент провести невозможно. Дело в том, что католики стремятся все, что можно получить чисто умственным путем, получить именно так, т.е. не прибегая к опыту. Им опыт в данном случае действительно был ненужен, а тем, кто хочет узнать истину на опыте, по их мнению, вообще нечего делать в науке. Тем не менее, опыт был блестяще осуществлен в Америке и сыграл свою роль -- евреям и протестантам пришлось принять идею Даламбера. Но у них был план, воспользовавшись затруднением, в котором находились католики, обратить свое поражение в победу. Но обо всем -- по порядку.
Расправившись в своем понимании с Габриэлем Ламе и его уравнением теплопроводности, Эйнштейн решил, что пора взяться за идею четвертого измерения. Он придумал, как ее убить, заодно возвысив обладателей мозгами низшей размерности. Собственно, в этом состоит идея настоящей ``специальной теории относиительности Эйнштейна''. Для того, чтобы объяснить его основную идею, мне придется сделать еще одно отступление.
Комментариев нет:
Отправить комментарий